Литературное КафеArmenianHouse.org
Литературное Кафе на армянском языкеЛитературное Кафе на английском языке

Сара Маркарян

СТИХИ, 2003


1. Лунд
2. 4 Февраля
3. Нерожденные
4. Все кончается когда-то...
5. И Бог велит писать иконы...
6. Жаркий август...
7. Сегодня
8. Осеннее...
9. Эпитафия
10. Я провожаю этот год...
11. Здесь осень провожают неспеша...


1. Лунд

Снег над городом. Белые крылья,
А под ними – туман и сон.
В этом городе мы любили,
Он – окошко в наш первый дом.

Этот город, покрытый снегом,
В огоньках из оконных рам –
В этом городе кто-то не был,
Кто-то жил и не выезжал.

Снег, как птица, не остается,
Улетает, и нет следа.
Этот город и нам придется
Покидать может навсегда.

Покидать всех друзей случайных,
Все тропинки, что наизусть.
Уезжают, не огорчаясь,
Только те, кто не знают грусть.

Но пока мы со снегом вместе –
Он не тает, и мы сидим.
Все, как было, на прежнем месте,
Не живем, но и не гостим.

Пролетаем над ним, не зная,
Что оставим – печаль иль смех.
Снег над Лундом. Большая стая
Хлопьев, падающих на всех.


2. 4 Февраля

Я сейчас не в лесу.
Я, свернувшись калачиком в кресле, пишу.
А в лесах умирают деревья.

Я не видела пуль –
Их холодная серая сталь
Чьим-то органам делает больно.

Я сижу, а на улице снег.
Мне тепло и уютно.
А в снегах умирают больные.

Я смотрю телевизор –
Передача про СПИД.
А в больницах не хватает лекарства.

А с небес, загораясь, ракеты,
А из танков – смертельные ядра,
А из плоти – кровавая масса…

Я сижу и пишу,
Мне не нужно бояться,
Я в такой безопасной стране.

Пусть в душе, как в окне –
Снег и холод –
Где же голод?
В огромном количестве стран.
Я с тобою пойду в ресторан,
Чтоб отпраздновать важную дату.
На войне ж умирают солдаты,
Нет, солдатики в чьих-то руках.

После войн – воронья черно-синяя стая,
Дети ходят на костылях,
Выживают, чтоб помнить о боли.

Я ж здорова, на воле!
В чем моя тут вина?
Я сильна только тем,
Что мне не с кем бороться,
Слава Богу, спасибо за это...
Только если придется...смогу ли?
Что там, ветер свистит? Или пули?


3. Нерожденные

Сколько их? Тысячи? Миллионы?
Сколько снов и надежд?
Сколько судеб, влюбленных?
Сколько слез и потерь –
Все, как пепел, сгорело.
Нет души, нет одежд,
Нет и тела.

Стоит думать и ждать,
Стоит плакать и верить.
Кто не стал, тот не станет –
Потерь не измерить.
Стоит просто мечтать?
Или время уходит…
Кто не создан летать,
Тот ползет или ходит.

Сколько их? Не узнающих сладости хлеба,
Нерожденных, не видевших солнца и неба,
Не любивших, не знающих счастья и боли,
Сколько их? Бесконечность одна, или боле?

Их число, как и звезды,
Как песчинки и волны,
Их незримое множество,
Не миллионы,
А орда без конца и начала –
Планета
Нерожденных, которых не будет
И нету.


4.

Все кончается когда-то,
Доживем ли до рассвета?
От горящего заката
Ни одной полоски света.

Шум стихии – капли в стекла,
Струи и потоки в душу.
Только свет тот желто-блеклый
Манит и зовет снаружи.

Что за свет во тьме стихии?
Звезды-фонари погасли.
Гром гремит – дрожат глухие,
Ночь страшна, темна, прекрасна.

Вместо страха – ожиданье,
Репетиция к полету.
А за дверью мирозданья
Блеклый свет зовет кого-то.

Все закончится однажды,
Доживем ли до победы?
И взлетят змеей бумажной
Слезы плачущего неба.


5.

И Бог велит писать иконы...
Райнер Мария Рильке
“Часослов”

Чтоб времена остановить,
Чтоб в лицах свет отобразить,
Чтоб краской и холстом сразить,
Чтоб верить свято и любить,
Чтоб все столетья повторить,
Искусством грех свой искупить,
Чтобы Творца не сотворить,
А сотвориться. Чтобы быть –
Господь велел писать иконы.


6.

Жаркий август.
Конец неначавшейся песни.
Было б лето чудесным,
Увы – не дано.
Моркый след от ладони –
Закрой-ка окно.

Не трезвонь – я не сплю по ночам,
Я мечтаю.
Не мешай приобщаться к великому знанью.
Не мешай мне угадывать
Тайны и сны.

Жаркий август.
И так далеко до весны!
Город ждет, и молчит,
И немного простужен,
Мокрый след от обид,
Только доктор не нужен.
Все в порядке – усталось,
Вино и невеста…

Город ждет ту шершавую,
Хриплую песню,
Что поют в октябре,
Сидя в пламени листьев,
Что поют, разбирая
Кленовые кисти,
Что поют, запивая
Дымящимся кофе...

Город ждет и волнуется –
Матовый профиль.

Жаркий август,
В дожде омывается солнце.
Жизнь – в подарок,
Принять, безусловно, придется...


7. Сегодня

Кто-то кашлянул громко,
А с небес – беспокойство,
Вода – и никто не ворчит.
Без зонта – не потеря.
Кто-то громко кричит,
Что не ждет и не верит.
Это – сегодня.

Радуги мост где-то в бездне,
Беспокойство пришло и исчезло,
Только в лужах, как зайчика луч,
Отражаются звезды.
Кто-то верит, что разум могуч,
И домой возвращается поздно.
Это – сегодня.

Переезды, вопросы, ключи от машины,
Горький дым папиросы – гордость мужчины.
А в траве – мертвый ежик…
Как же больно вчера
На сегодня похоже...

Только можно, бесспорно,
Через мост – через улицу – крикнуть повторно:
Возвращайся, простила!
И высушить слезы.
А сегодня пчела
Загрустила без розы.
Мертвый день. Кто-то скажет –
Таких не бывает.
Лужи высохли, звезды...
К рассвету растают.
А ежа под качели зароют, наверно.
Не сердись, дорогой,
Все не так уж и скверно.

Ведь «сегодня» закончится.
Память – продлится.
Чтобы нам в одиночестве
Видеть старые лица.

8. Осеннее...

Первый лист осенний – чудо,
Золотая капля.
В небеса из ниоткуда
Вдруг взлетела цапля.
А вода в реке прохладней,
И в коврах дороги.
Утром открываю ставни –
Замерзают ноги.

Жалко мне с тобой прощаться,
Нежное цветенье.
Но давно пора венчаться
Мне с небесным пеньем.
Робко следую за звоном –
Скоро буду в храме.
Там мне буковые кроны
Станут куполами.

Медный вечер. Стук за стуком
Сердцу вторят капли.
Очарованные югом,
Улетают цапли.
А фонарь, как спутник умный,
Освещает встречу.
Я с тобой останусь в лунный
И спокойный вечер

9. Эпитафия

В этой минуте есть все – ожиданье,
Комья тревоги и отблеск мечтанья.
В этом мгновенье – все помыслы мрака,
И несожженные клочья бумаги.

Я воплощусь из туманного света
И воспою тех, кто верит в приметы.
Если узнают – похвалят, не боле.
Я ж буду плакать от счастья и боли.

Вечер становится слоем из пыли,
Из фонарей, под которыми были.
Вечер не знает об этом мгновенье,
Свете, тревоге, деревьях и пенье.

Что нам другие, осевшие где-то?
Это мое ненасытное лето,
Это мои башмаки и сандальи,
Много ходили, немного устали.

Если успею вернуться – навеки
Буду писать о простом человеке,
Том, что живет и страдает с природой,
Том, что зовется героем народа...

Если успею вернуться. А если
Тихо усну в истрепавшемся кресле,
То не шумите, не нужно рыданий,
Прекрасней цветенья есть миг увяданий.


10.

Я провожаю этот год,
Чтоб встретить новый -
Как-то странно...
Всем приходящим - свой черед,
Не поздно, и, увы,
Не рано.

Я в старый молча окунусь,
Зайду в мгновенья,
Вспомню вести.
В охапку - боль, печаль и грусть,
Восторг рожденья,
Тайну смерти.

И помолчу часок, другой,
Годам прибавлю
Пол-минутки.
Не зимний ветер за чертой,
А ускользающие
Сутки.


11.

Здесь осень провожают неспеша -
Шершавыми спокойными шагами
Бредет она, боясь расстаться с нами.
Всегда с тоской прощается душа.

Ей шепчут - красота твоя сильна!
Ее рисуют, бурно окунаясь
В листву, как в первый грех; а после, каясь,
Опять - в дурман веселого вина!

В такие дни есть в чувствах острота,
Как блик - в огнях багрового заката,
Как взгляд из темноты - чуть виноватый,
Как в океане злобы - доброта.

Вернемся в осень...если в ней тоска,
Уныние ветров, что дуют с моря,
Глотните глубоко, до слез, до боли
Морозный воздух. Пусть лишь два глотка.

Тогда всех красок ярких кутерьма
Закружит, словно вальс, перед глазами.
Хрустящим шагом побредет за снами
Ноябрьский вечер. Вслед придет зима.

Подготовлено:

Предоставлено: Сара Маркарян

Публикуется с разрешения автора. © Сара Маркарян
Публикация, копирование и любое другое использование произведений без разрешения автора запрещены.

См. также:

Стихи, 2002
Поэзия Сары Маркарян на армянском | на английском

Design & Content © Anna & Karen Vrtanesyan, unless otherwise stated.   Legal Notice